Tag Archives: plain football socks

George Kiallmark

George Kiallmark (1781 – March 1835) was a British violinist and composer.

He was born in King’s Lynn in 1781, son of John Kiallmark, an officer in the Swedish navy, and of Margaret Meggitt, a Yorkshire heiress, who lived in Wakefield and was related to Sir Joseph Banks

Mexico Home MARQUEZ 4 Jerseys

Mexico Home MARQUEZ 4 Jerseys

BUY NOW

$266.58
$31.99

.

Shortly after George’s birth his father, who was in financial difficulty, abandoned the family and died soon afterwards. His widow married her butler, named Pottle, and George was adopted by his mother’s family. He began his education under the care of a Dr. and Mrs. Gardiner (née Meggitt); but he showed at an early age a great interest in music, and he studied with a German musical professor from 1796 to 1798.

For some time after 1798 Kiallmark maintained himself by teaching the violin and piano, and when he had accumulated sufficient funds, took further lessons in violin-playing, and from Von Esch and later from J. B. Logier in composition. He held many important posts, was a member of notable concert and theatre orchestras, and was leader of the orchestra at Sadler’s Wells.

In 1803 he married Mary Carmichael, a cousin of the Countess of Rothes, and settled in Islington, London. He devoted himself to teaching the harp, violin, and piano, and acquired many pupils. He resigned his public engagements: he devoted himself entirely to his pupils and to composition, entering into arrangements with Chappell & Co. and D’Almaine to supply them annually with a fixed number of compositions. He died in March 1835, leaving a large family.

His eldest son, George Frederick Kiallmark (1804–1887), was also a musician.

Many of George Kiallmark’s compositions were reviewed in periodicals of the day.

His composition The favorite “Valse a l’hongroise,” with Variations for the Piano Forte was reviewed in 1820: “The elegant waltz which Mr. Kiallmark has chosen for his theme, cannot but catch the ear, captivate the fancy, and sink into the memory…. Many of the variations… are very agreeable, and, as a whole, it is a fanciful and pretty lesson…. None of the variations aspire to much originality or to much novelty. The design of the lesson appears to be, to please, and this it will effect.”

His composition A favourite Irish Melody, with Variations and an Introduction for the Piano Forte was reviewed in 1820: “He has chosen the beautiful air ’Tis the Last Rose of Summer for his theme, and has treated it with great and never-flagging spirit and effort. Impressive melody appears to be his object, combined with some execution. The introduction is very melodious, and the variations full of accent that fixes the passages in the mind…. The lesson as a whole is very pretty….”

Other works include Introduction and variations to “Roy’s Wife,” Variations on “Home, sweet Home,” Les Fleurs de Printemps, in six books best uniforms college football; also a number of songs including “Maid of Athens” and “Araby’s Daughter” (1822). The tune to “Araby’s Daughter” was later and more famously used to set lyrics from the poem “The Old Oaken Bucket” by Samuel Woodworth.

 This article incorporates text from a publication now in the public domain: Legge, Robin Humphrey (1892). “Kiallmark, George”. In Lee, Sidney. Dictionary of National Biography. 31. London: Smith, Elder & Co. p. 88–89.plain football socks;”> 

Free scores by George Kiallmark at the International Music Score Library Project

Tetinchoua

Tetinchoua, a Miami chief, lived in the 17th century. He is described by Nicolas Perrot, who met him in 1671 at Chicago, as being the most powerful of Indian chiefs. According to the French traveller, he could control four or five thousand warriors, never marched without a guard of forty men, who patrolled night and day around his tent when he camped, and seldom held any direct communication with his subjects, but conveyed his orders to them by subordinates. Perrot was received with great honor as an envoy from the French governor. Tetinchoua sent out a detachment to meet him, which, after performing some remarkable military evolutions, escorted Perrot and his Pottawattamie guard into the principal town of the Miamis. Tetinchoua then assigned him a guard of fifty men, and ordered a game of ball to be played for his diversion. He was unable, owing to his age and infirmities, to accompany Perrot to Sault Ste. Marie, at the mouth of Lake Superior fabric lint brush, where the French took formal possession of all the country on the lakes. He did not even send deputies to the assembly that was held on the occasion, but he gave the Pottawattamies power to act in his name. In 1672 Father Claude Dablon is said to have met him with his army of 3,000 Miamis. But plain football socks, although the missionary was received with marks of friendship, he did not succeed in making any conversions.

Anne-Catherine de Ligniville Helvétius

Anne-Catherine de Ligniville Helvétius, geb. de Ligniville d’Autricourt (* 23. Juli 1722 in Nancy; † 12. August 1800 in Auteuil), bekannt als Madame Helvétius buy goalkeeper gloves online india, war eine bedeutende französische Salonnière der Aufklärung. Sie unterhielt fast 50 Jahre lang einen renommierten Salon, in dem ‚philosophes’ verkehrten: Schriftsteller, Künstler, Gelehrte, Politiker und andere aufgeklärte Intellektuelle. Sie war die Ehefrau des Philosophen Claude Adrien Helvétius.

Sie entstammte einer adeligen Familie und war eines von 21 Kindern des Kammerherrn Jean-Jacques de Ligniville (1694–1769) und seiner Frau Charlotte de Saureau (ca. 1700–1762). Die Anne-Catherine de Ligniville genannt „Minette“ war die Nichte der bekannten Salonnière Madame de Graffigny und verkehrte in deren Salon zusammen mit den berühmten Aufklärern. Dort lernte sie Baron Turgot kennen, der ihr wohl einen Heiratsantrag machte. Sie heiratete aber am 15. August 1751 per Ehevertrag, d. h. ohne kirchliche Zeremonie, den Philosophen Claude Adrien Helvétius, den sie auch im Salon ihrer Tante getroffen hatte.

Nach dem Tod Graffignys 1753 führte sie deren intellektuellen Kreis in der Rue St. Anne weiter. Ab 1772 nach dem Tod ihres Ehemanns zog die Gemeinschaft in die n° 59 rue d’Auteuil und wurde seitdem auch société d’Auteuil (Gesellschaft von Auteuil) oder cercle d’Auteuil (Kreis von Auteuil) genannt. Zu den Stammgästen gehörten unter anderen die Salonnièren Julie de Lespinasse und Suzanne Necker, die Schriftsteller Fontenelle, Denis Diderot, Nicolas Chamfort, Charles Pinot Duclos, Jean-François de Saint-Lambert metal water bottle safety, Jean-François Marmontel, Jean-Antoine Roucher (1745–1794), Bernard-Joseph Saurin, André Chénier, die Philosophen Condorcet, Paul Henri Thiry d’Holbach, Turgot, Constantin François Volney, Emmanuel-Joseph Sieyès, Ferdinando Galiani, Destutt de Tracy, Cesare Beccaria, André Morellet, Georges-Louis Leclerc de Buffon, Étienne Bonnot de Condillac, Guillaume Thomas François Raynal, und die Gelehrten d’Alembert, Antoine Laurent de Lavoisier, Georges Cuvier und Pierre-Jean-Georges Cabanis. Außerdem gab es unter den Besuchern bildende Künstler wie den Bildhauer Jean-Antoine Houdon und den Maler Baron Gérard sowie Verleger wie Charles-Joseph Panckoucke oder François-Ambroise Didot (1730–1804) plain football socks. Unter den Politikern, die dem Salon von Anne-Catherine Helvétius angehörten, befanden sich Malesherbes, Talleyrand, Manon Roland und ihr Ehemann Jean-Marie Roland de la Platière, Thomas Jefferson, Benjamin Franklin, Thomas Paine, Mirabeau, Pierre-Claude Daunou (1761–1840), François Andrieux, Dominique Joseph Garat, Nicolas Bergasse (1750–1832), François Andrieux und der junge Napoléon Bonaparte. Bis zu ihrem Tod führte sie fast 50 Jahre ihren Salon. Bekannt geworden ist ihr Briefwechsel mit ihrem Ehemann. Nach dessen Tod war sie Großmeisterin der weiblichen an Les neuf sœurs angeschlossenen Freimaurerloge.

Anne-Catherine de Ligniville Helvétius starb im Alter von 78 Jahren in Auteuil.

Врождённые физиологические рефлексы

Основные безусловные рефлексы новорождённого и грудного ребёнка делятся на две группы: сегментарные двигательные автоматизмы, обеспечивающиеся сегментами мозгового ствола (оральные автоматизмы) и спинного мозга (спинальные автоматизмы), и надсегментарные позотонические автоматизмы (центры продолговатого и среднего мозга).

Если новорождённого положить на живот, то происходит рефлекторный поворот головы в сторону. Этот рефлекс выражен с первых часов жизни. У детей с поражением центральной нервной системы защитный рефлекс может отсутствовать, и, если не повернуть пассивно голову ребёнка в сторону, он может задохнуться. У детей с церебральным параличом при усилении экстензорного тонуса наблюдается продолжительный подъём головы и даже запрокидывание её назад.

У новорождённого нет готовности к стоянию, но он способен к опорной реакции. Если держать ребёнка вертикально на весу, то он сгибает ноги во всех суставах. Поставленный на опору ребёнок выпрямляет туловище и стоит на полусогнутых ногах на полной стопе. Положительная опорная реакция нижних конечностей является подготовкой к шаговым движениям. Если новорождённого слегка наклонить вперед, то он делает шаговые движения (автоматическая походка новорождённых). Иногда при ходьбе новорождённые перекрещивают ноги на уровне нижней трети голеней и стоп. Это вызвано более сильным сокращением аддукторов, что является физиологичным для этого возраста и внешне напоминает походку при детском церебральном параличе.

Реакция опоры и автоматическая походка физиологичны до 1—1,5 месяцев, затем они угнетаются и развивается физиологическая астазия-абазия. Только к концу 1 года жизни появляется способность самостоятельно стоять и ходить best goalkeeping gloves, которая рассматривается как условный рефлекс и для своего осуществления требует нормальной функции коры больших полушарий. У новорождённых с внутричерепной травмой, родившихся в асфиксии, в первые недели жизни реакция опоры и автоматическая походка часто угнетены или отсутствуют. При наследственных нервно-мышечных заболеваниях реакция опоры и автоматическая походка отсутствуют из-за резкой мышечной гипотонии. У детей с поражением центральной нервной системы автоматическая походка задерживается надолго.

Новорождённого укладывают на живот (голова по средней линии). В таком положении он совершает ползающие движения — спонтанное ползанье. Если к подошвам приставить ладонь, то ребёнок рефлекторно отталкивается от неё ногами и ползание усиливается. В положении на боку и на спине эти движения не возникают. Координации движений рук и ног при этом не наблюдается. Ползающие движения у новорождённых становятся выраженными на 3—4-й день жизни. Рефлекс физиологичен до 4 месяцев жизни, затем он угасает. Самостоятельное ползание является предшественником будущих локомоторных актов. Рефлекс угнетен или отсутствует у детей, родившихся в асфиксии, а также при внутричерепных кровоизлияниях, травмах спинного мозга. Следует обратить внимание на асимметрию рефлекса. При заболеваниях центральной нервной системы ползающие движения сохраняются до 6—12 месяцев, как и другие безусловные рефлексы.

Появляется у новорождённого при надавливании на его ладони. Иногда новорождённый так сильно обхватывает пальцы, что его можно приподнять вверх (рефлекс Робинзона). Этот рефлекс является филогенетически древним. Новорождённые обезьяны захватом кистей удерживаются на волосяном покрове матери. При парезах рук рефлекс ослаблен или отсутствует, у заторможенных детей — реакция ослаблена, у возбудимых — усилена. Рефлекс физиологичен до 3 — 4 месяцев, в дальнейшем на базе хватательного рефлекса постепенно формируется произвольное захватывание предмета. Наличие рефлекса после 4—5 месяцев свидетельствует о поражении нервной системы.

Такой же хватательный рефлекс можно вызвать и с нижних конечностей. Надавливание большим пальцем на подушечку стопы вызывает подошвенное сгибание пальцев papain in meat tenderizer. Если же пальцем нанести штриховое раздражение на подошву стопы, то происходит тыльное сгибание стопы и веерообразное расхождение пальцев (физиологический рефлекс Бабинского).

При раздражении кожи спины паравертебрально вдоль позвоночника новорождённый изгибает спину, образуется дуга, открытая в сторону раздражителя. Нога на соответствующей стороне часто разгибается в тазобедренном и коленном суставах. Этот рефлекс хорошо вызывается с 5—6-го дня жизни. У детей с поражением нервной системы он может быть ослаблен или вовсе отсутствовать в течение 1-го месяца жизни. При поражении спинного мозга рефлекс отсутствует длительно. Рефлекс физиологичен до 3—4-го месяца жизни. При поражении нервной системы эту реакцию можно наблюдать во второй половине года и позже.

Если провести пальцами, слегка надавливая, по остистым отросткам позвоночника от копчика к шее, ребёнок кричит, приподнимает голову, разгибает туловище, сгибает верхние и нижние конечности. Этот рефлекс вызывает у новорождённого отрицательную эмоциональную реакцию. Рефлекс физиологичен до 3—4-го месяца жизни. Угнетение рефлекса в период новорождённости и задержка его обратного развития наблюдается у детей с поражением центральной нервной системы.

Вызывается различными приёмами: ударом по поверхности, на которой лежит ребёнок, на расстоянии 15 см от его головки, приподниманием разогнутых ног и таза над постелью, внезапным пассивным разгибанием нижних конечностей. Новорождённый отводит руки в стороны и открывает кулачки — 1 фаза рефлекса Моро. Через несколько секунд руки возвращаются в исходное положение — II фаза рефлекса Моро. Рефлекс выражен сразу после рождения, его можно наблюдать при манипуляциях акушера. У детей с внутричерепной травмой рефлекс в первые дни жизни может отсутствовать. При гемипарезах, а также при акушерском парезе руки наблюдается асимметрия рефлекса Моро.

При резко выраженной гипертонии имеется неполный рефлекс Моро: новорождённый только слегка отводит руки. В каждом случае следует определить порог рефлекса Моро — низкий или высокий. У грудных детей с поражением центральной нервной системы рефлекс Моро задерживается надолго, имеет низкий порог, часто возникает спонтанно при беспокойстве, различных манипуляциях. У здоровых детей рефлекс хорошо выражен до 4—5-го месяца, затем начинает угасать; после 5-го месяца можно наблюдать лишь отдельные его компоненты.

При введении указательного пальца в рот на 3—4 см ребёнок делает ритмичные сосательные движения. Рефлекс является безусловным и отсутствует при парезе лицевых нервов, глубокой умственной отсталости, в тяжелых соматических состояниях. Сосательный рефлекс у детей человека угасает обычно между тремя и четырьмя годами жизни, что объясняет, почему во многих культурах грудное вскармливание длится до возраста трёх—четырёх лет, т.е. до того возраста, до которого ребёнок сам сосёт грудь. Антрополог из США профессор Кэтрин А. Деттвайлер пришла к выводу, что потребность в сосании, т.е. естественный срок сосания груди (ожидаемый нашими детьми), может продолжаться от 2,5 до 7,0 лет. ( Dettwyler 1995).

При поглаживании в области угла рта происходит опускание губы, отклонение языка и поворот головы в сторону раздражителя. Надавливание на середину верхней губы вызывает открытие рта и разгибание головы. При надавливании на середину нижней губы опускается нижняя челюсть и сгибается голова plain football socks. Этот рефлекс особенно хорошо выражен за 30 мин до кормления. Обращают внимание на симметричность рефлекса с двух сторон. Поисковый рефлекс наблюдается до 3—4 мес., затем угасает. Асимметрия рефлекса — односторонний парез лицевого нерва. Рефлекс отсутствует — двухсторонний парез лицевого нерва, поражение ЦНС.

Быстрый удар пальцем по губам вызывает вытягивание губ вперед. Этот рефлекс сохраняется до 2—3 мес.

При надавливании большим пальцем на область ладони новорождённого (обеих ладоней одновременно), ближе к тенару, происходит открывание рта и сгибание головы. Рефлекс ярко выражен у новорождённых в норме. Вялость рефлекса dirty football socks, быстрая истощаемость или отсутствие свидетельствуют о поражении ЦНС. Рефлекс может отсутствовать на стороне поражения при периферическом парезе руки. После 2 мес. он угасает и к 3 мес. исчезает.

Clinton Morrison

Clinton Morrison (født 14. mai 1979 i Tooting i London) er en engelskfødt irsk fotballspiller som for øyeblikket spiller for den engelske klubben Sheffield Wednesday. Morrison er mest kjent fra sine to perioder hos London-klubben Crystal Palace og gjennom spill for Irlands herrelandslag i fotball siden 2001, hvor han blant annet deltok i troppen under VM i fotball 2002.

Morrison begynte sin aktive karriere som fotballspiller hos Crystal Palace i 1996, men fikk ikke sin førstelagsdebut før mot Sheffield Wednesday i mai 1998, da han kom inn som innbytter for Neil Shipperley. I 1998/1999-sesongen ble han klubbens toppscorer, og fulgte opp i sesongen etter med å score 14 mål på 30 kamper. Da forholdet til manager Trevor Francis kjølnet utover 2001-sesongen la Birmingham City inn et bud på Morrison for 4,25 millioner pund i en byttehandel med Andy Johnson.

Hos Birmingham fikk han problemer med å takle det høyere liganivået, noe som førte til ti scoringer fordelt på to sesonger. Etter at han kom tilbake fra en skade i 2004/2005-sesongen etablerte han riktignok et målfarlig samarbeid med Emile Heskey. Den 24. august 2005 forlot han Birmingham, på grunn av manglende garantier om førstelagsplass, til fordel for gamleklubben Crystal Palace for to millioner pund. Her dannet han spisspar sammen med Andy Johnson og siden Dougie Freedman plain football socks, og i november 2007 scorte han sitt mål nummer 100 for London-klubben. Da kontrakten med Palace gikk ut etter 2007/2008-sesongen dro han videre til Coventry City, hvor han skrev under en toårskontrakt i august 2008.

På litt over to sesonger scorte han over 20 mål på 90 seriekamper før han ble satt på overgangslisten mot slutten av 2009/2010-sesongen. I juli 2010 skrev han under på en toårskontrakt med Sheffield Wednesday, som akkurat da hadde rykket ned til Football League One.

Morrison var født i England, men valgte å spille for Irland og hadde anledning til å gjøre det fordi hans bestemor var fra Dublin. Han fikk sin landslagsdebut i en kamp mot Kroatia i august 2001, hvor han kom inn som innbytter og scorte Irlands andre mål i en kamp som endte 2–2. Han ble tatt ut i troppen til VM i fotball 2002 av landslagstrener Mick McCarthy, men fikk ikke spille en eneste kamp.

1 Given&nbsp bag waterproof cover;· 2 Finnan · 3 Harte · 4&nbsp meat cuber machine;Cunningham · 5 Staunton · 6 Roy Keane · 7 McAteer · 8 Holland · 9 Duff · 10 Robbie Keane · 11 Kilbane · 12 Kinsella · 13 Connolly · 14 Breen · 15 Dunne · 16 Kiely · 17 Quinn · 18 G. Kelly · 19 Morrison · 20 O’Brien · 21 Reid · 22 Carsley · 23 A. Kelly · trener: McCarthy

Régine Chassagne

Régine Chassagne au festival Rock en Seine en 2005.

Régine Chassagne est une musicienne, multi-instrumentiste et chanteuse canadienne, dont la famille, originaire d’Haïti s’est installée à Montréal. Elle est la cofondatrice (avec son mari Win Butler) du groupe de rock Arcade Fire.

Régine Chassagne est née au Québec le d’une famille originaire d’Haïti et de souche française. Elle a grandi à Saint-Lambert, près de Montréal.

Ses parents avaient quitté Haïti pour fuir le régime du dictateur François Duvalier (« Papa Doc »). Ils ont d’abord émigré à Chicago, puis New York, avant de rejoindre une sœur au Québec.

Régine Chassagne a appris le chant, et le jeu de plusieurs instruments : piano plain football socks, guitare, accordéon, mandoline, flûte, xylophone, harmonica, etc. Elle a ensuite obtenu son B.A. en communication en 1998, à l’Université Concordia. Puis elle entreprit de compléter ses connaissances à l’université McGill quelque temps, pour y apprendre le chant de jazz et elle a, simultanément, chanté dans des groupes associatifs de musique ancienne (Les jongleurs de la mandragore) et de jazz latin-salsa (Azúcar, en compagnie de Steve McKnight).

Elle a rencontré Win Butler, un étudiant texan qui venait d’arriver à l’université McGill, lors d’un vernissage silicone water bottle sleeve, en 2000. Win Butler cherchait alors les membres qui lui permettraient de constituer le groupe Arcade Fire. Il lui a proposé de rejoindre son groupe necklaces for women, qui, après plusieurs remaniements, s’est d’abord vu réduit au couple en devenir, avant de se remettre en route avec une nouvelle formation.

Ils ont alors commencé à écrire les chansons du groupe ensemble, avant d’adopter un fonctionnement plus communautaire. Ils se sont mariés en août 2003.

Multi-instrumentaliste sur scène stainless steel water bottles wholesale, Régine Chassagne (accordéon, batterie et percussions, xylophone, vielle à roue, claviers), lance aussi volontiers les solos d’autres membres de la « tribu », placée entre son mari et la violoniste Sarah Neufeld.

Plus récemment Régine Chassagne s’est mise à jouer occasionnellement de la batterie dans le groupe, entretenant ainsi son image de multi-instrumentiste. Elle est d’ailleurs considérée par beaucoup comme le personnage central de Arcade Fire : lors de certains concerts une caméra est chargée de la filmer en permanence et la vidéo apparait en format géant sur le pan vertical de la scène, derrière les musiciens.

Elle fonde avec son amie Dominique Anglade la (la fondation vient en aide à des familles pauvres en Haïti) qu’elle lance le 12 juin 2010, 6 mois exactement après le tremblement de terre de Port-au-Prince.

Le 21 avril 2013, Régine Chassagne donne naissance au premier enfant (un garçon) du couple qu’elle forme avec Win Butler .

Halfdan Haneborg Hansen

Halfdan Haneborg Hansen OBE (1 October 1890  – 1974) was a Norwegian military officer, Milorg pioneer and businessman.

Haneborg Hansen was born in Kristiania to priest Julius Hansen and Aurora Laurine Haneborg. He was married twice, first to Mimi Blikstad glass water bottle looks like plastic, a daughter of businessman and politician Magnus Blikstad, and in a second marriage to Aagot Marie Jansen.

During the Norwegian Campaign in 1940, Haneborg Hansen commanded a battalion in Eastern Norway. Later in 1940 he cooperated with Olaf Helset and they established an early resistance organization, which later became part of Milorg. He was arrested in 1941, but escaped from custody in January 1942, and fled to neutral Sweden and then to the United Kingdom. From 1943 he served as military attaché at the Norwegian embassy in London. After the war he was running a business in Oslo plain football socks.

Haneborg Hansen was decorated Officer of the French Legion of Honour and Officer of the Order of the British Empire, and received the French Croix de Guerre volleyball team uniforms. He was awarded the Norwegian Defence Medal 1940–1945 and Haakon VII 70th Anniversary Medal, as well as the British Defence Medal.